Администрация

Кирпич Районный Ши Рен


Новости:
12.02.18 В честь Дня всех влюбленных городским любовным посланиям открыты все стены района. Не пропускайте возможность признаться объектом ваших воздыханий - ведь для этого и существует [любовь на районе]! И самое главное - никогда не забывайте дорогу в свой родной двор.

[районы-кварталы]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » [районы-кварталы] » [знакомые все лица] » [Аскат Баймуратов | 23]


[Аскат Баймуратов | 23]

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

[АСКАТ БАЙМУРАТОВ]

Дата рождения и возраст: 13 ноября 1994 г.
Семья: отец — Алдияр Каримович, умер от сердечного приступа месяц назад в возрасте 54-х лет;
мать — Ракия Шариповна, 51 год, безработная;
сын — Нурлан, 4 года;
брат — Айдар Алдиярович, 30 лет; бизнесмен, проживает в другом городе; женат;
сестра — Саида Алдияровна, 28 лет; живет в Казахстане; замужем;

Род деятельности: су-шеф в ресторане "Горный Орёл"; после смерти отца фактически держит несколько точек на местном рынке (одна с подержанной ворованой электроникой, две с китайскими шмотками и одну с обувью); вечно что-то мутит на районе
Сексуальные предпочтения: гетеро

http://sf.uploads.ru/Bl1iG.png


[Адиль Жалелов]

[БИОГРАФИЯ]
Ссадины на локтях. Сбитые в кровь колени. Короткие шорты разрываются по краю, оголяют бедро; лиловый синяк. Рыжеволосый мальчишка спотыкается, ударяется лбом обо что-то железное и твердое, прямое: мусорный бак.
Русские — суки.
Аскат наклоняется к земле и поднимает угловатый камень.
Очки теряются под ржавым прямоугольным днищем. Мальчишка шарит по земле неверной рукой, грязь забивается под ногти. Капилляры в глазах трещат; голубая радужка выглядит ярче на красном фоне. Вот-вот заревет.
Сраная русня.
Аскат поднимает руку, раскрывает ладонь.
Бактияр не сразу понимает, что кровь идет ему за шиворот.

Ебучий казах.

Аскату шесть. Он протягивает матери сжатый кулак, раскрывает: на испачканной ладони – два выбитых зуба. Русские мальчишки еще не знали, как зовут приезжего недокормленного ускоглазого пацана, но уже узнали, что его батя торгует на рынке овощами и фруктами. Матери приходится сутками сидеть в засаленном бистро у автобусной остановки, а Аскату приходится идти в школу на год раньше. Возиться с ним некому.
Аскату восемь. Он почти без запинки разговаривает на русском. Напрягая мозг, воспроизводит несложные скороговорки. В дневнике по русскому языку не только двойки и тройки, а иногда даже — четверки. За старание. За прилежность. За большие черные глаза, наверное. По какой-то причине учителя его любят. За доброту и за скромность.
Аскату десять. Он впервые берет камень и швыряет в голову другому казаху. И говорит четко, по-русски: нашел, мол, брата. Блять.

Старший брат другой. Успел привыкнуть к Петропавловску и трудности с интеграцией в российский социум испытывал еще лет пять после переезда в Россию. На районе, в школе — везде искал «братьев». Жался к «своим», чуть ли не каждому встречному-поперечному сообщал: я, мол, казах. Не калмык. Не бурят. Не киргиз. Казах. Для него это почему-то было важно.
Старшая сестра с малолетства заявляла: я, мол, гулять с кем угодно, только не с русским. У нас, мол, диаспора, единство, принципы.
Младшее чадо, воспроизведенное на свет без особой цели, никогда не пускалось по волнам размышлений на такие темы. Аскату было глубоко похуй.

Спустя несколько лет, никто уже не вспоминает в нем щуплого тихого казашонка, плохо разговаривающего по-русски. Он пишет лучшие сочинения по литературе, быстрее всех сдает контрольные по русскому и по английскому, подходит за объяснениями на математике, исправляет оценки по физике, а после уроков ходит к физруку на баскетбол. Аскат стремится заниматься всем и сразу: ходит со старшим братом на дзюдо, помогает отцу с машиной в гараже, таскается за сестрой в библиотеку, а вечером встречает мать с работы, доносит до дома сумки и помогает ей на кухне. Для него интересно и важно все, что есть вокруг.
Интересно достать из кладовки отцовскую гитару и научиться на ней играть. Интересно зажать за школьной пристройкой пацанов из параллели. Интересно самому починить сорвавшийся кран у бабушки этажом ниже. Интересно выловить в переулке полудурка, распускавшего про старшую сестру дебильные слухи.
Классная руководительница ругается на Аската за то, что он приходит на школьную линейку в трениках с тремя полосками.
Мать хватается за сердце, когда, в один из дней, Аскат приходит домой бритым налысо.
В какой-то момент директор любезно предлагает родителям перевести Аската в другую школу. Дескать, мальчик способный, талантливый — слишком талантливый — но с дисциплиной большие проблемы.

Проблемы — это пить пиво в туалете со старшеклассниками вместо того, чтобы писать контрольную по биологии. Этим людям не объяснишь, что Аскат уже прочитал учебник на несколько месяцев вперед.
Проблемы — это поджигать шапку прямо на голове у пацана, когда он выходит из школы. Этим людям не объяснишь, что пацан утром отпинал бродячую беременную собаку, которую Аскат подкармливал каждое утро.
Проблемы для этих людей — для Аската причины и логические следствия. Ему не объяснишь, что такое хорошо, а что такое плохо.
Когда родители наконец решают поговорить с младшим ребенком о том, что он идет куда-то не туда, этому ребенку уже оказывается четырнадцать лет. И он снова не приходит домой ночевать. Аскат знает, что если мать увидит его пьяным, она расстроится на целую неделю. Аскат знает, что если отец увидит у него в кармане пачку синего Винстона, он изобьет его, а потом сам же будет долго мучиться с сердцем.

У отца тем временем зреет подозрение, что он все эти годы пахал не для того, чтобы его семья из съемной комнаты в общаге перебралась в собственную трехкомнатную квартиру. И даже не для того, чтобы дети были одеты, обуты, сыты и ходили на всякие секции. А просто ради того, чтобы менять в школьных кабинетах оконные рамы и парты. Лишь бы Аската не отчислили и не довели до детской комнаты милиции.
На учет дражайшее дитя все же попадает.

Как Аскат умудряется сохранять приличную успеваемость и одновременно наводить везде шорох, наебывая персональный комендантский час, никому так до конца и не ясно. Но ГИА Аскат сдает хорошо. Приходит трезвым, с чистым сознанием и — просто сдает. Задушевные разговоры с отцом вытягивают из Аската откровения насчет поступления в университет. Мол, неплохо было бы уехать в город побольше да там и поступить. На бюджет сложно будет пробиться, но я постараюсь, говорит Аскат отцу. А потом забирает документы из школы и поступает в пищевой техникум.
Финиш.

Главная ошибка Аската — ощущение собственной уникальности: я, дескать, умнее всех в этой школе. Я могу несколько суток бухать и принимать, а потом просто принять душ и быть на линейке в восемь утра. Пятнадцатилетнему подростку трудно объяснить, что на талантах и разносортных умениях жизнь не вывезешь; да он и слушать не стал. Удивлять окружающих двусмысленностью своего поведения, кажется, всю жизнь было у Аската в крови. Но в семнадцать он удивил вообще всех.

Кристине Керимовой тоже было семнадцать лет. Аскат познакомился с ней на вписке у рыжего еще в пятнадцать, и по каким-то причинам они с Кристиной провстречались два года. Закончилось все логично и вместе с тем внезапно: Кристина залетела. Как только ей исполнилось восемнадцать, на два месяца позже дня рождения Аската, они расписались в ЗАГСе и через три месяца родился Нурлан. А еще через два месяца, в весенний призыв, Аскат уходит в армию.
Мать выгоняет Кристиночку из дома, и старшие Баймуратовы принимают невестку как родную. К тому времени старшие дети уже съехали из их квартиры.
Вернувшийся через год молодой папаша решает выкинуть очередной финт. Проработав по специальности чуть больше месяца, он забирает супругу и сына и снимает задрипанную однушку. Встав в скотский график шесть через один, он сначала перестал общаться с родителями, затем со старшим братом, а затем — и с Кристиной.
Во многом из-за того, что Кристиночка начала откровенно хуеть. Забила на ужин. Взяла в руки пилку для ногтей. Намотала бигуди. Договорилась встретиться с подружками. Денег, которые Аскат получал, работая простым поваром горячего цеха в ресторане среднего пошиба, едва хватало на Нурика. На этой почве Кристиночка снова подружилась с матерью.
Чтобы как-то улучшить качество жизни, Аскат стал ездить вахтами на север, а Кристиночка тем временем сплавляла Нурика Аскатовой матери и развлекалась на деньги, которые муж присылал ей из каких-то там сумрачных заполярных ебеней.
На развод Аскат подает спустя три года, когда, вернувшись из очередной командировки, находит голодного и простуженного Нурика одного в открытой квартире.
Кристиночка просто нажралась и уехала кутить прошлым вечером.

Аскат открывает глаза за десять минут до будильника. Проходит через спящую квартиру, закрывает на кухне дверь, закуривает. Неторопливо моет оставленную с ночи сковороду и ставит на разогретую плиту. Разбивая одно яйцо за другим, он почему-то вспоминает слова старшего брата.
Мать сейчас одна. Матери сейчас трудно. Поживи пока с ней, зачем жаться в съемной квартире, еще и с ребенком. Да и вообще, мама сможет с Нуриком сидеть. Сам подумай. Ей сейчас нужно отвлекаться. Брат, ты же понимаешь.
Аскат всё понимает, поэтому, выкуривая одну сигарету за другой, готовит только на двоих: даже если у него вдруг появится желание поесть, он не успеет.
Нурик просыпается как раз к завтраку. Садится с ногами на стул, опять кладет в чай такую кучу сахара, которую никогда не размешает. Нурик выглядит как Аскат и мыслит точно также, как Аскат мыслил в свои пять. Нурик копирует отца в манере речи и в движениях, за что часто получает по рукам или губам.
Ударив сына, Аскат уходит курить, а, вернувшись, извиняется, крепко обнимает и пытается объяснить, что к чему. Каждый раз. Ему не нужно, чтобы сын вырос таким же.

Мать заходит на кухню минут через пять. Бледная, запахивает на тощей груди шелковый халат, устраивается напротив внука и долго смотрит ввалившимися глазами на сына, собирающегося в коридоре. Даже оставшиеся после отца магазины не помогают ей переключиться хоть на что-то. Сорок дней скоро, говорит, ты же помнишь?

Аскат просит не говорить об этом при Нурике.
Нурик хлопает глазами, делает вид, что ничего не понимает.
После смерти отца каждое утро в этой квартире начинается с одного и того же.

Скоро похороны. Скоро девять дней. Сорок. Год. Мать живет от даты к дате. Аскат работает от рассвета до рассвета. Нурик старательно делает вид, что не слышит бабушкиных разговоров, когда не получается уйти в другую комнату или включить телевизор.
Аскат считает минуты до выхода на работу. Покрепче перематывает вчерашний порез во всю ладонь. Складывает в чехол нож. Не зря ведь после девятого класса ушел в пищевой техникум. Не зря, наверное, просрал все свои стремления.
Если бы не вот это вот все, мать осталась бы одна в пустой квартире. 
Если бы не вот это вот все, с ним не было бы Нурика.

Если бы его жизнь пошла как-то по-другому
Если бы

Да не пошла.


[ОБРАЗ]
Внешность: Аскат настолько простой и настоящий, что везде выглядит максимально уместно. На лавке, на брусьях с пацанами, в ларьке, в подъезде, в футбольной коробке. Будучи персонажем поистине народным, Аскат может обнаружиться повсюду. Даже на прокуренной кухне твоего кореша. И кореш, вроде бы, твой, но как дома сидит здесь почему-то Аскат.
Аскат настолько простой и настоящий, что до него никогда не доебуся: а че волосы такие длинные? И то, что завтра он выйдет из дома побритым наголо, никого не удивит. И то, что на руке появилась новая татуировка, не вызовет никаких вопросов. Пристальный взгляд раскосых глаз и незаживающие кулаки деликатно намекают, что Аскат не любит, когда ему задают вообще какие-либо вопросы.
Одевается неброско, преимущественно в одно и то же и без какой-либо опоры на настроение. То ли у него много одинаковых адидасовских треников и гигантских футболок, то ли стирать очень любит.
Не фанат наряжаться даже по случаю, но иногда на нем, вместо элегантного спортивного аутфита, встречается серый пиджак на пару с черными брюками. Единственные приличные вещи в гардеробе, которые и выглядят-то прилично просто потому, что надеваются раз в год.
Иногда, правда, промелькнет в образе Аската какой-нибудь неожиданный атрибут. Слишком приличные для этого района часы на левой руке. Чистые джинсы. Не паленые найки. Желтые носки. Какие-нибудь бабские солнцезащитные очки в феврале. Какой-нибудь красный халат с золотыми драконами. На Аскате все смотрится настолько органично, что он на этом районе едва ли не единственный, с которого не спросят, почему он выперся за хлебом в таком виде.
Или дело просто-напросто в том, что Аскат в ответ натурально опустит морально.
Или в том, что, вопреки хилой на первый взгляд комплекции, он вполне может избить до полусмерти за один-единственный неверно поставленный вопрос.

Характер: Аскат не считает себя знатоком жизни, но умеет в ней вертеться. В нем спокойно уживаются способность пахать как вол и способность находить деньги, не отрывая жопу от кухонного табурета. Как активист по натуре, пашет Аскат все же чаще: бездействие отнимает у него слишком много сил. Ему постоянно надо чем-то заниматься, двигаться не только в физическом плане, но и в умственном.
Аскат много читает. Так много, сколько позволяет ему ограниченное количество свободного времени. За месяц он старается прочесть хотя бы четыре или пять книг, причем впитывает он не только художественную литературу. На полу его спальни валяются и философия, и история – практически все, что осталось от всего спектра загубленных увлечений на сегодняшний день.
Аскат — вообще кладезь убитых талантов. От отца он научился разбираться в машинах, в сантехнике и деньгах. От матери ухватил любовь к рисованию и музыке. Кое-где нахватался разных единоборств. Откуда-то научился водить машину. Ему все давалось легко ровно до ухода в армию. Сейчас ему удается только крутиться, чтобы мать и сын не знали ни в чем нужды. Наверное, единственное, что Аскат все же не потерял, - это тяга к новым знаниям, возможностям и знакомствам.
Несмотря на спорную репутацию, — для кого-то отменный обсос, а для кого-то как брат родной — Аскат более чем толерантен и терпелив к людям. Он давно отбросил привычку кидаться в драку при первой возможности; сейчас ему проще четко осадить оппонента, забазарив до смерти, но бывает и так, что люди не понимают.
Аскат воспитан и носит в душе некий вес ценностей и установок. Он уважает старших, снисходителен к младшим, никогда не оскорбит женщину и — тем более, никогда не заденет чьих-то родителей. Семья для него возведена в лик святых, его мать и сын неприкосновенны. Однако братьев Аскат выбирает не по крови и даже не по разрезу глаз.

[ПРОБНЫЙ ПОСТ]

Свернутый текст

Псы из угля и олова скребут двери обломками когтей, просовывают тонкие шершавые языки в щель, оставляют на полу вязкую слюну. Запах и вкус крови – и своей, и чужой – заставляет полость изойтись и забыться. Потолочные балки, повидавшие глазницами-выбоинами все, что было до, скрипят, удовлетворительно кивая двоим внизу, заранее одобряют все, что увидят после. Шум ветра в квадрате распахнутой форточки – щеколда бьется о стену, штукатурка летит вниз, крошки разлетаются по подоконнику, мешаются с клочьями пыли – тонет в шуме внутри коуловской головы. Вертолетные лопасти бесстрастно и быстро нашинковывают мозг, сеть нервов наматывается на основание пропеллера. Запах горелой плоти пропитывает фотопленку
вспышка
Мертвые женщины вповалку лежат на пороге разрушенного дома, укрывая восковыми телами своих мертвых детей. Запыленная чадра разлетается рваными птицами, оголяет желтую детскую ручонку без единого пальца. Резали по живому. В неестественных позах разлагающихся на жаре тел лишь смутно угадывается человечность. Чья — непонятно.
вспышка
Пошел дождь. Матовый свод раскаленного неба наконец стал прозрачным, и все испугались, и бежали в укрытия, и прятались под брезентом, и жались боками к машинам и друг к другу, и никто из них будто бы не знал, что это такое — дождь. И никто не произнес ни слова, и затихли команды, и заткнулись беспокойные, безумные ряды солдат, и наступила тишина, которой не было нигде. Иссушенные губы ловили воду, не тратя время на разговоры. Ствол автомата блестел в размытом сером свете, капли воды стекали по исцарапанному корпусу вычерчивали лозунги о мире. Воспоминания о самом первом доме застыли в ложбинке под кадыком холодными каплями, да так и остались.
вспышка
Потолок смеется наверху, ширит злорадные трещины, показывает Коулу сотни невидимых глаз. Руки-плети вяжут веревку, загибают конец: виселица.

Собственные мысли источают докучливый яд, не способный ни парализовать, ни убить. Надорванная картина заброшенного быта – тяжелый бред, переливающийся в зеленой радужке уставших видеть глаз. За каждым шагом, который Джейми, отшатнувшись, делает прочь, слышатся обрывки надоедливой терапии. ПТСР — выговаривала штатный военный психолог так ладно и внятно, что сперва ее слова было трудно разобрать без грохота, гула и шума войны, с каким-то фикусом на подоконнике, с хромом кресел, с чистым, неразбитым окном, обещающим мир по ту сторону. Ты нужен мне — звучит в пространстве так тихо и четко, что хочется зажать уши руками и не слышать. Но если Коул перестанет слушать и понимать Ее — немногочисленные, безликие фразы, обрывки претензий, упреки-колья, добирающиеся до мышечной ткани, – он перестанет понимать вообще. Сегодня. Сейчас. Всю дальнейшую жизнь. Так ему кажется, — шрапнель пролетает над головой с визгом, разрывается на кромках сознания, опаляет обратную сторону черепной коробки обжигающим белым маревом — когда он подходит к Ней и садится рядом, на пол. В руке у него откуда-то – пепельница, а внутри — чувство, что он прямо сейчас рушит что-то и без того хрупкое, способное разлететься просто от неосторожного колебания воздуха.

Начать говорить еще сложнее, чем пустить сестру в уклад собственного быта, в собственный распорядок дня, в собственную жизнь. Коул ловит себя на мысли о том, что, приди к нему сейчас кто угодно — вообще кто угодно — он бы развернул в обратном направлении, ткнул широкой ладонью в затылок и запер бы дверь не на один замок, а на два за незваным. Призрак американского репортера маячит в тенях кухни полупрозрачным наваждением, корежит лицо в немом упреке: меня бы тоже выгнал? Выгнал. Своими руками сбросил бы в пасть перестрелке, — рядовые залегают под танками, накладывают кучи; командир виризжит как резаный; граната под бок связному, пуля чертит косую прямо по шлему — будь у него возможность исправить хоть что-то в былом.
— Джейми, — слова застревают в глотке и исчезают там же. Странная пауза сбивает с толку, проторенная колея мысли предательски изгибается, уходит за угол; там, за углом — кромешная тьма.
Что он должен сказать ей сейчас? Что не может — никогда не хотел — ее бросить? Что она ему тоже нужна? Нужна больше, чем все, чем всё, как может быть нужен только единственный в жизни человек. Единственный – важный, родной; единственный живой. Коул нуждался в сестре слепо, отчаянно, полуосознанно; спроси его — почему? — не ответит. Привычка искать во всем логические связи, проводить нити от первобытных причин к текущим последствиям, хозяйственно отодвигает такие вопросы за край. Попытка залезть в потустороннее, кровное, таит в себе риск умереть от переизбытка чувств или захлебнуться грязью.
— Я обещаю тебе… — он поворачивает голову к сестре. Привычка смотреть глаза в глаза проворачивает с Коулом дурной трюк: в голубых глазах дражайшей неумолимой маячит белый флаг, который при рассмотрении — раскаленное добела копье обвинения. Что-то под легкими нервно содрогается. — Я никуда не уеду.

вспышка
Вместо знакомого лица — белое лицо молодого рядового. Стоит как кремень, что-то докладывает. Бесцветные губы шевелятся быстро и четко. Удары зубов друг о друга чеканят короткую повесть о невозможном, невообразимом страхе. В лицах мертвых краски больше, чем в лице этого мальчишки. Прижал руку к козырьку так, будто опасается: его голова вот-вот улетит.
Коул закрывает глаза, отворачивается; мозг упорно генерирует откровенный бред. Сейчас это совершенно ни к чему. Мысли скачут жеваными обрывками. Ей не объяснишь, что жизнь, расписанная по уставу, — великолепное спасение от самого себя. Холодный ветер забирается за воротник. У нее явно случилось что-то, что в несколько раз хуже больных галлюцинаций.
Коул открывает глаза — мрак пространства заходится десятками вспышек. Из всех щелей текут ручьи из передавленных опарышей, напольные доски – доски гробов. Мертвые руки скребутся. Бред собачий.
— Ты ведь пришла сюда не затем, чтобы пошариться у меня на столе, правда?

Тебе страшно? Ты можешь рассказать мне, рядовой.
вспышка
Волна воздуха ударяет Коула в челюсть, деликатно отстраняет назад. Шум пронзает голову позже, на лице – горячая россыпь выкипающей жизни. На месте белого лица мальчишки остается что-то страшное, красное, тупое. Разорванная яма рта все еще чеканит страх. Ад смеется, и его смех брызжет из разбитой головы, как пена из пивной бутылки в дешевой рекламе.

Лицо Коула бледнеет. Смотреть на сестру страшно: он боится не увидеть родного лица; боится потерять в мешанине откровенного бреда еще и Ее.

— Ты можешь рассказать мне.

Улица за окном темнеет — просторная комната наполняется сырой мглой. Коул пытается прогнать своих мертвецов тяжелым взглядом, но это помогает только с живыми. Трупам не страшны ни угроза во взгляде, ни собственный убийца. После них никого не останется.

[ИГРОК]
Связь с вами:

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Как вы нас нашли: обсос Никитос
Пожелания к игре: много хочешь — мало получишь

Отредактировано Аскат Баймуратов (2018-02-14 00:10:38)

+11

2

этот казах, так, анкета отличная, мне нравится. единственный вопрос по поводу

этот казах написал(а):

фактически держит несколько точек

точек чего?
и еще, на что меняем имя? увы, в таком формате оставить не можем, так можно назвать ссылку на анкету в профиле.

+1

3

Кирпич, я там уточнил по точкам
а ник можно просто на фамилию и имя
ещё я не всасываю, чё с кодом в пробном посте, но не будем об этом
рахмет!

Отредактировано этот казах (2018-02-11 17:34:03)

0

4

этот казах, с кодом: ты поставил скрытый текст, а не свернутый, я поправлю, порядок. С остальным все понял, все будет.

Добро пожаловать на район! Не забудь продолжать заполнять анкету по [шаблонам], обозначь [занятую роль] и [сферу деятельности]. А потом смело  [ищи соигроков], получай [удостоверение личности] и включайся в игру!

0

5

[ОТНОШЕНИЯ]

0

6

[ХРОНИКА ЭПИЗОДОВ]
Название эпизода, дата
Название эпизода, дата
Название эпизода, дата
Название эпизода, дата

0


Вы здесь » [районы-кварталы] » [знакомые все лица] » [Аскат Баймуратов | 23]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC